1.Персонаж

1. Имя и фамилия персонажа.
Kann and Ryuu Vicious | Канн и Рюю Вишес.
2. Возраст и год рождения.
15 декабря [двоим по 18 лет.]
3. Характер.
Канн : Свободолюбивый. Независимый. Он не любит вешать на себя какие-либо ярлыки и обязанности, ему проще как-то без них. Он не любит ответственность за чью-либо шкуру и потому предпочитает быть одиночкой. Многие говорят, что он похож на хищника, который многое повидал на своем пути и пережил много трагедий, но, не смотря на то, что его изрядно вымотала Судьба, он продолжает идти по своему жизненному пути с гордо поднятой головой вверх.
он прекрасный актер, знающий много ролей. Для него притвориться ласковым и нежным, как грызть семечки. Поэтому он довольно разговорчивый, общительный и веселый, но только тогда, когда ему это нужно...
а так...
он прекрасно обходиться и без общения. Может послушать музыку, почитать и выпить кофе в одиночку, наблюдая из окна за людьми и что-то сочиняя в своей голове.
многие его эмоции хорошо закрыты от всеобщего обозрения. Он никогда не признается в том, что ему больно, плохо и одиноко. Он будет молчать, как молчат рыбы. Он не будет плакать, не будет кричать и, лишь уйдя туда, где его никто не видит, может дать себе волю и вдоволь накричаться на свою жизнь.
эгоистичен, горд. Он не любит, когда его используют, зато любит использовать других. Его любимая игра, это игра в 'кошки-мышки' и смысл этой игры в том, что бы как следует закрепиться на столь мягком податливом органе, как человеческое сердце, а потом в один прекрасный момент вырваться из тепла чужой любви, забрав с собой трофей в виде куска разбитого сердца.
так же Канн очень целеустремлен. Если он чего-то хочет, то добивается этого, даже если ради цели придется пойти по чужим головам и переехать несколько живых тел. ему не впервой проливать кровь на асфальт, не впервой предавать, так что угрызений совести он совсем не испытывает.
Канн просто не верит в Бога.
Так же Канн безумен. Почувствовав запах крови, он срывается со своей воображаемой цепи и готов сразу впиться в глотку тому, кто посмел при нем истекать кровью. От такого типа лучше держаться подальше.
Рюю : Он полная противоположность своему брата. Можно сказать нежный и добрый. Рюю сильно зависит от своего брата, ибо не очень любит показывать зубы своему врагу и нуждается в защите Канна. Но всё же, если это хрупкое создание загнать в угол, он вполне способен постоять за себя, только вынудите его.
Общительный, веселый и жизнерадостный. Не всегда разделяет точки зрения Канна, но спорить с ним не будет и лишь что-то пробурчит в ответ.
Но всё же Рюю ещё та затычка в бочке. Язык у парня подвешен и потому он предпочитает словесную драку, с применением языка, а не кулаков, ибо своим языком он орудует хороша. Рюю такой, что может хорошенько указать человеку на все его недостатки, зацепиться за это и этим же давить своего противника.
Хитрый и проворный, но всё же довольно уязвимый.
Его не очень легко разозлить или же обидеть, только если задевать тему брата и их любви. Ведь Рюю действительно по уши влюблен в этого кровожадного хищника и потому всячески пытается тому помочь. Он просто хочет, что бы его брат стал н о р м а л ь н ы м, и потому вынужден везде таскаться за ним хвостом.
Но Канн – его единственная зависимость.

4. Биография.
"А время - оно не лечит. Оно не заштопывает раны, оно просто закрывает их сверху марлевой повязкой новых впечатлений, новых ощущений, жизненного опыта...И иногда, зацепившись за что-то, эта повязка слетает, и свежий воздух попадает в рану, даря ей новую боль...и новую жизнь...Время - плохой доктор... Заставляет забыть о боли старых ран, нанося все новые и новые...Так и ползем по жизни, как ее израненные солдаты...И с каждым годом на душе все растет и растет количество плохо наложенных повязок..." ©

Декабрь. Ночь. Снегопад. Блеклый свет фонарей старается пробиться сквозь занавес из крупных снежных хлопьев, кой падали с темно-синих небес, укрывая асфальт пушистым слоем мягчайшего снега. Большинство людей уже давно спали, укутавшись в теплые одеяла или же прижавшись к своему возлюбленному. И лишь тихое сопенье нарушало гармонию их тишины…их декабря…
Но в одной квартирке не было той гармонии, была лишь суетня, крики боли, мольбы…Одна женщина рожала. Врачей пришлось вызывать на дом, ибо доехать она бы уже не смогла.
Вновь крики, угрозы в сторону своей второй половинки, проклятья обрушивала ещё совсем молодая женщина, её можно было даже назвать подростком. Ведь ей было всего шестнадцать…
И вот через несколько часов тихую декабрьскую ночь на свет появилась двое, абсолютно одинаковых мальчика. Их различие было лишь в том, что один умудрился вылезти из утробы матери быстрее на пятнадцать минут, чем второй.
Первого мальчика назвали Канн, а второго Рюю.
Что повлияло на такой выбор имен, до сих пор не известен. Возможно, просто спонтанный выбор, а может эти имена стали своеобразным клеймом на будущем мальчиков
А что дальше?
Дальше страх.
Какой?
Страх перед ответственностью. Страх перед тем, что это тяжело вырастить двух детей, разделять между ними одинаковое внимание…особенно тогда, когда тебя бросил возлюбленный. Он тоже испугался такой обузы и решил обменять семейную жизнь на холостую.
Эти двое расстались со скандалом. Она била посуду, ревела, ругала своего любимого, а он в ответ тоже орал на неё и даже применил грубую силу, что бы доказать, что уходит на всегда.
Нервный срыв. Слезы. Депрессия. Ей было не до детей. И, что бы не губить жизнь двум мальчикам, она просто подкинула их в приют.
От туда начинается их история. 
Приют ‘Второй шанс’ был создан ещё в девятнадцатом веке. Основателем был добрый дядечка у которых не было и не могла быть своих детей. Но огромная любовь к ним привела к такой мечте, а, так как этот дядечка был очень целеустремленным, то свою мечту он исполнил. Он построил небольшой приют, который позже разросся и стал одним из больших детских приютов нашего времени.
Туда попали наши близнецы. Им было всего по году, но они уже не могли друг без друга. Когда одного из них уносили куда-то, второй сразу же начинал истерику и успокаивался только тогда, когда рядом вновь появлялся брат.
Громче, более надрывисто всегда плакал Рюю, когда забирали Канна.
Поэтому все возможные нянечки всегда пытались не разлучать двух братьев и потому воспитывались они вместе.  Они познавали окружающий мир вместе, вместе ели, спали, смеялись…но всё до поры до времени.
Началась школа.
Первый раз в первый класс. Сотни букетов цветов, все детишки одеты в красивую одежду, а на их лицах сияла счастливая улыбка. Даже эти двое, стоя друг с другом, держа один красивый букет роз, кой нарвали сами, улыбались.
Да. При приюте находилась школа и, скажу вам, весьма неплохая. Туда частенько пытались подсунуть детей из семей, но больше всего там училось как раз приютских.
Их учительница – милейшая женщина, уже преклонного возраста. Близнецы до сих пор помнят её лицо с добрыми глазами и приветливой улыбкой. Её волосы, уже подернутые сединой и собранные в аккуратную строгую прическу, которая после нескольких часов работы всегда немного лохматилось.
Близнецы были её любимчиками. Она считала их мальчиками необычными и умилялась их братской связи. Ведь она по ошибке и неопытности пыталась рассадить братьев за разные парты, но они тут же начали скандалить и кричать, что никуда друг от друга не денутся. Даже на соседнюю парту. Поэтому они всё время сидели за одной партой, и это не влияло на их уровень обучения, ибо в начальной школе они были круглыми отличниками.
Как относились к близнецам одноклассники? С подозрением. Просто дети никогда не могли отличить Канна от Рюю, Рюю от Канна. Они вечно ошибались и тем самым, порой наказывались братьями. Нет. Они не били их, а просто у них двоих были очень острые языки, а порой можно ранить словом больнее, чем кулаком. Этой тактикой и пользовались близнецы.
Сами же близнецы не очень любили посторонних людей. Они считали, что те пытаются разорвать их мир.
Мир, созданный лишь на двоих.
Если какой-нибудь ребенок во время перемены подбегал к ним и просился с ними поиграть, то они тут же затевали игру ‘угадай кто из нас Канн’. Никто не отгадывал. Хотя бывали случаи, когда случайно указывали правильно, но близнецы вечно обманывали ‘победителя’, говоря, что тот ошибся.
Все первые классы они были вместе. Не подпускали к себе никого.
Но вот они стали старше, предметы сложнее, начался, вроде бы как, переходный возраст.
Близнецы стали подростками.
Отношение одноклассников к близнецам лишь усугубилось. Они стали, так называемыми, ‘белыми воронами’, но их рейнтиг не интересовал.
Они просто игнорировали тот факт, что над ними все издеваются.
Но так думал лишь один из близнецов. Так думал Рюю. А Канн…про него вообще отдельная история.
Вот он подрос. Вот ему уже двенадцать лет и у него появилась своя точка зрения. Именно своя, а не одна на двоих. Ему надоело быть всегда вместе с одним и тем же человеком, но в тот же момент, он не мог его бросить. Пришлось вести двойную жизнь.
В школе он был вместе с братом, после, ночью, укладывая младшего в кровать, он сбегал к друзьям.
Что он делал на таких прогулках? То же, что делает каждый подросток. Пил, курил, а позже занимался сексом. Так же его загребущие лапки дошли и до наркотиков.
Слабых, но наркотиков.
Его не забавляла та мысль, что можно вводить всякую гадость через иглу сразу в кровь, потому он просто курил траву, пачками ел колеса и получал от этого кайф. Всё хорошо, пока не наступил судный день, как говориться.
Что-то не поделили. Что-то не так сказали друг другу. В итоге между подростками произошла драка. Не простая, где парни просто лупят друг друга по ребрам, а такая, где проливается кровь, где слышны крики и стоны…где выживет лишь..
Один…
Почувствовав запах крови, Канн впал в оцепенение. Он озверел. Он неожиданно стал лишь машиной для убийств и, разбив бутылку от пива, просто убил своего приятеля ‘розочкой’. Но и этого ему было мало. Он ещё долго глумился над телом друга, уродуя его лицо, грудь и руки. В итоге, лишь после полного расчленения и изуродования тела, Канн успокоился.
В крови, задыхаясь, он осмотрел всех присутствующих. Все окружающие со страхом в глазах смотрели на Канна, чьи голубые глаза просто горели бешенством. А он смотрел на них, не понимая их страха.
«…помню, как что-то теплое стекало по моим рукам…помню их взгляды, помню, как они дрожали от страха…но я просто не понимал, что произошло…или не хотел…но вот в нос ударил терпкий запах крови и по всему телу разбежалась легкая приятная дрожь и я повернул голову. То, что я увидел, заставило остановиться мое сердце на долю секунды…я, как животное, разодрал тело своего друга…да, просто разорвал, пользуясь лишь осколком стекла, зубами, когтями и своим бешенством. Он лежал мертвый и от него даже шел пар. И лишь тогда я понял, что убивать чертовски приятно, что кровь самый вкусный наркотик на свете…что я не похож на этих сосунков, которые стояли и дрожали перед ликом смерти.
После мне стало чертовски смешно. Я рассмеялся, как дьявол. Мой хохот, казалось, заглушал даже стук их сердец. Тогда я выкрикнул, что всех смертных ждет такая же участь, пускай и не от моих рук…После этого они все разбежались, а я пошел домой к брату…
Я чертовски устал в тот вечер.
Но мои планы на ночь сорвались. Спать я не мог. Меня бросало в холодный жар. Меня мучили кошмары, в коих мне являлся сам Люцифер и требовал от меня всё больше и больше крови. Каждый раз я просыпался, протирал глаза и видел лишь комнату…. Больше ничего.
Но потом вновь темнота, вновь кошмары и…Люцифер…»
Канн сошел с ума. Он бредил, ему казалось, что все дьяволы преследуют его и требуют крови. Он просто не знал куда деваться от них и стал забиваться в самые разные углы комнаты, дрожа и кукожась от какой-то боли. Рюю чертовски волновался за него, а в школе лишь сказал, что он заболел.
Как ни странно, никто не узнал о смерти мальчика, одноклассника Канна и Рюю. Просто сказали, что его забрала какая-то семья и увезла в другой город. Все поверили, но вот Рюю что-то заподозрил.
Просто не зная, что делать, Рюю решил проследить за свои братом. Очередная ночная вылазка
Канна увенчалась удачей.
Он подкараулил первоклассницу и, утащив её в лес, убил её. Но не просто зарезал или же пристрелил.
Прежде он соорудил что-то на подобии креста, нарисовал вокруг сатанинскую пентаграмму и поджег её ‘контур’. Что-то шепча, он подошел к девочке и серпом отрубил ей голову, перед смертью сказав, что она является  подарком для Люцифера.
Теперь представьте, какой был шок у Рюю. Его брат стал сатанистом! А ему всего ничего!
Рюю хотел, было убежать, но рука предательски попала на ветку и та громко хрустнула. Поэтому Канн обнаружил своего брата в кустах и, прижав того к земле, бешеными глазами смотрел на него, пытаясь выудить из него всё, что он видел.
Нет. Убить он не убил, но заставил стать таким же сатанистом, как и он, конечно, если тот хочет жить. У Рюю не было выбора. Ему пришлось стать как брат, ибо жить он хотел и не хотел потерять брата. Выпив крови той самой девочки в которой явно были подмешаны какие-то наркотические вещества, проведя обряд посвящения, Рюю пришлось убить свою первую жертву. Кто ей был? Простая белка, кой попала в силки охотников. Просто отрубить белке кровь, вскрыть её, отрезать конечности и сжечь.
Вот и всё.
На этом заканчивается действие второе. Закончилась школа, их выпустили из приюта, так и не раскрыв их тайны.
Но вот вышла газета с объявлением, что приют ‘Второй шанс’ был закрыт из-за ряда страшных убийств и пропаж нескольких детей. Некоторые тела были обнаружены, но из-за того, что эти тела были жутко изуродованы, личность не удалось установить.
Братья решили бежать из города.
Они собрали достаточно денег, работая, где кто сможет, и переехали в этот город.
Канн вроде бы утихомирился и больше не проявлял повышенной жажды крови или же, как он сам говорил, Хозяин не выходил с ним на связь, значит, он пока не нужен Хозяину.
Поэтому Рюю мог спокойно вздохнуть и наконец искать двоим работу и заодно учебное заведение.
Они, наконец, зажили нормально.
Но опять же, всё рано или поздно кончается.
Через несколько недель Канн пропал. Рюю перерыл всё и уже был готов носом землю рыть, лишь бы найти Канна, но тот пропал и не оставил никаких следов. Какой-то страх начала душить сердце своими липкими холодными руками.
А вдруг опять?
Вдруг он снова взялся за старое?
Всю неделю Рюю лихорадочно читал новости, ища информацию о загадочных убийствах или же пропажах, стараясь найти в них подчерк Канна.
Да, у Канна появилась привычка. Вырезать у жертвы сердце, а на шее вырезать надпись ‘спасибо за угощенье’, конечно же, в сокращенном варианте ‘СЗУ’. Но ничего подобно не происходило, и Рюю уже растерял все свои версии и просто стал тихо сидеть и дожидаться своего брата, а вдруг вернется?
У Кота [такую кличку ему дали в школе – авт.] началась депрессия. Он полностью ушел в свой мир, в частности заседая в Интернете, и учился взламывать сайты, что-то поделывать и вообще стал изучать хакерское дело.
У него пропала личная жизнь.
Но вот в один прекрасный декабрьский день, именно в тот день, когда Рюю исполнялось восемнадцать, как и Канну, домой вернулся он.
Родной брат вернулся домой.
Рюю в слезах кинулся встречать его, но он был жестоко отодвинут в сторону. Теперь слезы радости сменились на слезы боли и обиды.
Почему? Неужто не узнал?
«…он не был похож на себя. Он стал ещё молчаливее, ещё мрачнее. Он не поднимал глаза, что бы посмотреть на меня! Но я видел, видел кровь на его лице и…улыбку. Нет, она не была той сумасшедшей, не был агрессивной или же наигранной. За эти годы я научился определять его фальшь от настоящего. Он улыбался добро, даже с болью…
И, когда я постарался поднять его лицо, он крикнул ‘Не надо!’ и отпрыгнул в сторону, закрывая лицо руками. Тут я вновь испытал ужас и попытался добиться, что бы Канн посмотрел на меня…
Ужас стал ещё сильнее, когда Канн поднял голову и посмотрел в мои глаза. Я не видел того неба в его глазах, не было даже синих прожилок….его глаза стали алыми с легким огненным отливом и, казалось, что они стали стеклянными.
Как позже стало известно , кто-то попросил его сделать это. Кто-то во сне пришло и жестоко наказал за неправильный цвет глаз. Он больше не смог выдерживать эти муки и сбежал из дома, что бы зарабатывать. Кем он работал, Канн не признался. Просто сказал, что заставил хирургов сделать это с его глазами, и они сделали. Правда есть свои побочные эффекты, но о них я не узнал.»
С того момента Рюю и Канн вновь стали неразлучны, а Рюю стал чувствовать острую потребность в брате. Он стал кем-то наподобие собаки, которая верно идет около ноги своего хозяина, боясь сделать шаг в сторону от него. Так же, когда Канн оставляет его, Рюю чувствует себя кинутым, забытым и в опасности, рядом же он чувствует себя прекрасно.
Вот и подошел конец истории.

5. Внешность.
clik.
Оба высокие, ну…в каком смысле высокие…эти двое всего метр шестьдесят восемь. худые, даже можно сказать, что они похожи на анорексиков, ибо ребра и тазобедренные кости жутко выпирают, как и позвоночник. но эту худобу компенсирует слаборазвитая мускулатура в виде узких сухих 'узлов' на руках и ногах и 'кубиках' на торсе, ибо эти двое увлекаются скаканьем по крышам и беготней по городу, перепрыгивая всё, что можно перепрыгнуть. брюнеты, дада, натуральные, а не крашенные отличие от многих.
Единственное различие этих двоих – это татуировки/пирсинг и глаза.
У Канна глаза цвета крови, темно-вишневые с более светлыми прожилками и порой даже встречается рыжий оттенок, ау Рюю они цвета голубого чистого неба с более темными прожилками. Так же радужку Рюю очерчивает черная тонкая линия, кой служит своеобразным контуром.
В плане пирсинга и татуировок. У Рюю проколот лишь язык и губа [симметрия, два кольца], а вот у Канна проколот язык в двух местах, правая бровь, левое ухо и нижняя губа, так же как и у брата.
Так же у Канна иметься на спине татуировка, чуть ближе к левому плечу и чуть пониже шеи. Татуировка сделана в виде дракона, который якобы ползет по спине, а у Рюю чуть ниже живота, ближе к правому боку сделана татуировка в виде штрих-кода с датой его рождения.

6. Ориентация.
бисексуалы.
7. Ссылка на рекламу.
http://dontworrybehappy.mybb.ru/viewtop … d=975#p975
8. Откуда узнали о ролевой.
ссылка выше :3
9. Личный статус
; один мир на двоих
10. Подробный пост.
- Нет, Канн, мы не можем…не здесь…– тихо стонал Рюю, содрогаясь всем своим телом. Горячие градусы шейка уже почти добрались до извилин мозга, опьяняя…но ничто не разрушало самообладание, как его огненное дыхание, словно в его легких хранились запасы огня. Его руки с цепкими тонкими пальцами лишь еле-еле касались кожи парня, но он уже вздрагивал, прикусывая губу, тихо шепча имя брата.
Бред.
Полный бред. Для Рю существовал лишь брат, лишь жар его тела от которого он готов был расплавиться. Так давно этого не происходило, так давно они не были на столь близком расстоянии…лишь пара сантиметров разделяли их. И вот, когда сегодня оба брата влили в себя несколько литров коктейлей, а потом ещё догнались коксом, то они осознали, что
…хотят друг друга…
Вновь влажные губы Канна прикоснулись к шее Рюю , а его язык медленно проводил влажную дорожку прямо по линии артерии. Всё было, как в фильме ужасов. Канн был в роле голодного вампира, а Рю…Рю лишь жертвой, которая не устояла перед соблазном и попалась в его сети по глупости.
- Я не могу больше терпеть… - этот чертовски бархатный голос так возбуждал, а особенно тогда, когда сопровождался с потоками горячего воздуха. Его шепот возбуждал в сто раз сильнее, чем простые ласки. Но это не факт, что Рюю не нравились его легкие касания, даже наоборот.
На его фразу Кот смог лишь кивнуть и тут же почувствовал, как стало чертовски тесно в этих джинсах. Захотелось снять их, как можно быстрее.
Но этот дьявол явно прочитал мысли своего близнеца, ибо, приподнявшись, Канн просто сдернул с Рюю джинсы, порвав ширинку и сорвав пуговицу.
Жаль джинсы.
Рю купил лишь два дня назад и только сегодня одел. К черту, сейчас это не было для него важным. Эта грубость возбудила его ещё больше, и потому Рю позволил себе смелость, обхватить шею брата руками и, притянув к себе, поцеловать его.
Медленно проведя языком по его губам, парень ожидал жестокого укуса в свои, но вместо этого их языки встретились.
Расслабившись вовсе, Рю совсем обмяк и повис на шее брата и наслаждаясь каждым моментом этого поцелуя, попутно развлекая себя игрой с его штангой. Но тут нежные губы Рюю встретились острыми, как у хищника, клыками Канна..
Ах, демон проклятый, он же прокусил её!
Больно.
Рю уже хотел обидится, отвернуться, но он схватил его за волосы и тем самым придержал.
В его алых глазах Рюю не видел ничего человеческого. Лишь какой-то огонь, жажда крови, секса и ужасную похоть. Теперь он точно убедился, что он не человек, он выродок из самого ада. Только у демонов могут быть такие глаза и только демоны могут так к себе манить.
Но на мысли у Кота не было времени, да и отвлекла его от них жуткая боль в паху. Этот бес просто грубо сжал его орган в своей руке, ядовито улыбнувшись.
- Больно… - еле слышно простонал Рюю, выгнув линию позвоночника до хруста. А в ответ получил лишь смех. Такое чувство, что надо ним был не Канн, а какая-то гиена. Хрипящий, ядовитый смех издавался этим существом и, из-за этого смеха, Рюю почувствовал, как липкий страх стал сжимать сердце в его груди.
Пять секунд назад он был нежным, парень чертовски хотел его, но сейчас ему хотелось убежать куда подальше от него. Скрыться с глаз долой, ибо он почувствовал, что эта боль лишь малая часть того, что ждет его в скором будущем.
- Рю, теперь ты моя игрушка и я имею право делать тебе больно. – прошипел бес на ухо брату и резко отдернул его голову назад, лишь потянув за волосы.
Он не стал дальше церемониться.
Он отменил все ласки.
Он забыл всю нежность.
Он просто резко вошел в своего брата, заставив его кричать от боли.
Рюю чувствовал его каждым нервом, каждой клеткой своего тела и все эти ощущения были болезненными. Центр мозга бился в агонии от поступающей информации о боли и он кричал вместе со ним. Нервы натягивались, рвались…всё вокруг разрушилось.
Рюю пришлось упереться руками в обшарпанную стену, сдирая куски штукатурки ногтями. От напряжения на длинной бледной шее выступили крупные вены, а голос постепенно сорвался от столь громких криков от боли и своеобразного оргазма.
Рюю почувствовал запах крови.
Канн тоже.
Почувствовав запах ржавчины и соли, Канн ускорился, придерживая брата за выпирающие тазовые кости. Оскалившись, закрыв свои звериные глаза, он драл Рюю с бешеной силой и при этом глухо рыча, как цепной пес. Наверняка внутри этого демона всё ликовало. Он поймал свою жертву, увел её подальше от чужих глаз и теперь законно расправляется с ней, особо не задумываясь о том, что может разодрать её и причинить тем самым жуткую боль.
Крики Рюю его возбуждали, терпкий запах крови будоражил жизненный сок, а это пламя, исходящее от наших тел заставляло его черное сердце колотиться на износ. Рюю уже слышал, как его дыхание сбилось, а движения стали какими-то беспорядочными. То резко, то плавно, то глубоко, то не очень…всё шло в хаотичном порядке.
Тут он вышел из Рюю, и тот почувствовал пульсирующую боль, кой расходилось от анального входа по всему телу. Эта боль показалась Коту сильнее, чем та, которая возникла во время этого садистского процесса.
Перерыв.
Но он продлился лишь секунд пять, ибо Рю вновь почувствовал его руку на затылке, кой схватила его за волосы и поставила на колени.
Рюю плакал.
От боли.
От страха.
Он даже не мог посмотреть в глаза этому животному, коим являлся его брат, но он заставил.
- Соси. – прохрипел Канн и наклонил своего брата ещё ниже ещё ниже.
Рюю сразу и не понял, что он хочет от него, но он помог понять, глухо зарычав от ожидания. Испугавшись, пришлось сделать то, что Рю никогда не делал – взять в рот.
Он не умел, поэтому делал всё на инстинктивном уровне.
Чуть сдвинув пальцы книзу, оттянул крайнюю плоть и смачно, с нажимом, Рюю провел кончиком языка по головке.
Забирая глубже в рот, по нёбо, по горло, давясь, но упрямо очерчивая контуры кончиком языка, то подаваясь вперед, то отступая. Сглатывет. И снова очерчивает плоть языком, снова поднимается выше, лаская кончиком головку, и снова вниз, по яички, касаясь головкой мягкого нёба. Сужая губы, давя на ствол, массируя языком - четко, не спеша, осторожно, задумчиво. Словно способ избавиться от дурных мыслей.
Снова сглотнув, наконец Рю выпустил изо рта и смачно провел всей плоскостью языка снизу доверху, потом опять забирал в рот, повторяя - движения сверху вниз, снизу вверх, чередуя толчки и ни к чему не обязывающие движения языком.
Рюю мы мог так долго продолжать, но тут тело Канна задрожало, словно осиновый лист и Рюю почувствовал, как его рот начал наполняться чем-то вязким и солоноватым на вкус. Отпрянув, открыв рот, он понял, то демон, наконец, насладился.
Но тут он повалил Кота вновь, вновь взял в руку его член и начал неистово сжимать его. Больно, вновь крики, но в них уже слышны ноты оргазма.
Да, он кричал от удовольствия и даже, опустив руку, помогал Канну.
И вот, выгнувшись, содрогнувшись, кончил.
Канн поднялся с кровати и, одевшись, залез на подоконник, закурив.
- Прости... – шепнул брат брату на ухо и завершил изнасилование нежным поцелуем.

2. Для тебя.

1. Имя|Кличка
Канн или Рюю :3
2. Связь
384292999
3. Как часто будешь поснщать ролевую?
по выходным меня точно не_будет.